потрясения при гибели "Лузитании", миссис Вандемейер поместила меня в
клинику в Борнемуде. Там при мне неотлучно находилась сиделка. Она, казалось, очень хорошо ко мне относится. Только
провидение спасло меня от западни! Случайно я услышала, как она разговаривала с кем - то в коридоре. Она была с ними
заодно. На глазах Джейн блеснули слезы.
- Вы не представляете, как это тяжело - постоянно находиться в напряжении, никому не доверять! Время от времени я
даже забывала, кто я на самом деле - Джейн Финн или Жанет Вандемейер...
Она вздохнула.
- Миссис Вандемейер приехала однажды из Лондона и сказала, что доктор предлагает показать меня специалисту из
Парижа. Оказалось, что сиделка, которая была со мной, ездила в Париж и консультировалась с ним насчет меня. Она
привезла несколько указаний, как проверить, потеряна ли память или это симуляция. Конечно, я не могла бы обмануть
человека, который всю жизнь занимается изучением подобной болезни. Но меня спас случай...
Меня опять перевезли в Лондон, в Сохо. Я должна была прислуживать мистеру Бересфорду. Конечно, тогда я не знала его
имени. Я считала, что это еще одна ловушка. Но из случайно услышанного разговора я поняла, что его собираются убить.
Что произошло дальше, вы знаете... Я думала, что успею достать бумаги из тайника, но не смогла. Тогда я закричала, что
хочу к Маргарите, надеясь, что мистер Бересфорд поймет, что я имею в виду картину.
Она замолчала.
- Значит, бумаги еще в картине? - спросил Эджертон.
- Да.
Он взглянул на часы.
- Мы должны забрать их.
- Ночью? - удивилась Таппенс.
- Завтра, может быть поздно. Кроме того, ночью мы можем обмануть мистера Брауна. За вами, конечно, следили. Когда
мы выйдем отсюда, за нами опять будут следить, но не волнуйтесь, мистер Браун надеется, что мы сами приведем его к
документам. Дом в Сохо днем и ночью находится под наблюдением полиции. Поэтому я думаю, что мистер Браун будет
действовать под видом нашего друга.
Таппенс смутилась.
- Видите ли, есть еще что - то, о чем мы не сказали вам... - ее взгляд остановился на Джейн.
- Не надо колебаний, мисс Таппенс. Что же?
- Вы.., вы знаете, кто такой мистер Браун?
- Да, - ответил Эджертон. - Наконец - то я знаю.
- О! Но я думаю... - она замолчала.
- Вы правильно думаете, мисс Таппенс. У меня есть моральное право говорить так после таинственной смерти миссис
Вандемейер.
- Ох! - выдохнула Таппенс.
- Есть две версии. Или хлорал она приняла сама, что я полностью отвергаю, или...
- Да?
- Или хлорал добавили в бренди. Только три человека: вы, мисс Таппенс, я и мистер Юлиус Гершеймер были при этом в
комнате.
Джейн Финн изумленно уставилась на Эджертона.
- Вы отпадаете. Мистер Гершеймер, сын миллионера, хорошо известен в Америке. Совершенно невозможно, чтобы он
был мистером Брауном. Но вспомните необычайное волнение миссис Вандемейер, когда мы вошли к ней в спальню! Еще
одно доказательство, если оно нужно. Мне позвонил мистер Бересфорд и сказал то, что я уже подозревал: у мистера
Гершеймера никогда не было фотографии мисс Джейн Финн...
Но девушка перебила его. Она сердито закричала:
- На что вы намекаете? Что мистер Браун - это Юлиус, мой кузен?
- Нет, мисс Финн, - сказал Эджертон. - Человек, называющий себя Юлиусом Гершеймером, не ваш родственник.

Глава 26
МИСТЕР БРАУН

Девушки, разинув рты, изумленно смотрели на него. Эджертон подошел к письменному столу и протянул Джейн газету.
Это было сообщение о таинственной смерти человека в Нью - Йорке.
- Итак, Юлиус Гершеймер не тот, за кого выдает себя,